НОВОСТИ УКРАИНСКОЙ ПСИХИАТРИИ
Более 1000 полнотекстовых научных публикаций
Клиническая психиатрияНаркологияПсихофармакотерапияПсихотерапияСексологияСудебная психиатрияДетская психиатрияМедицинская психология

КОМПЛЕКСНАЯ СУДЕБНАЯ ПСИХОЛОГО-ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА: ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ЭКСПЕРТОЛОГИИ И ЭКСПЕРТИЗЫ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

П. Т. Петрюк, Т. А. Перевозная

* Публикуется по изданию:
Петрюк П. Т., Перевозная Т. А. Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза: общие вопросы экспертологии и экспертизы несовершеннолетних // Архів психіатрії. — 2005. — Т. 11, № 3. — С. 125–129.

Согласно существующим представлениям, комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза (КСППЭ) является одной из наиболее удобных и эффективных экспертных форм, ориентированных на индивидуализацию правосудия, обеспечивающих многофакторное исследование личности как обвиняемых, так и потерпевших.

Исследования возможности комплексного использования специальных познаний в психологии и психиатрии ставят перед теорией КСППЭ множество проблем, требующих своего решения для более эффективного использования результатов комплексных психолого-психиатрических исследований в судебной практике. Важность этих проблем определяется не только собственнонаучной актуальностью, но и теми реальными трудностями, которые имеют место при производстве КСППЭ в каждодневной практике. Эти проблемы касаются широкого круга теоретических, методологических, организационно-правовых вопросов комплексных экспертиз, связанных с взаимодействием экспертов разных специальностей [1, 2, 4–11].

Логика развития требований, предъявляемых законодательством к психолого-психиатрическим экспертизам, соответствует собственной логике развития законодательных принципов и положений, и определяет основную ось данного развития. Эта ось отражает последовательный переход от чёткого разграничения проявлений в психическом состоянии обвиняемого болезненных и неболезненных факторов к интегративному исследованию многофакторного влияния клинических и общепсихологических аспектов психических проявлений правонарушителя на его юридически значимые способности. Что, в свою очередь, неразрывно связано с пределами компетенции специалистов — психиатров и психологов при проведении КСППЭ.

Однозначно принятым на сегодня является положение, согласно которому психолог в рамках комплексной экспертизы решает вопросы в отношении обвиняемых, хотя и страдающих психическими расстройствами, но вменяемых при совершении правонарушения. В то же время рядом авторов обосновывается возможность участия психолога в КСППЭ обвиняемых в рамках вменяемости, но и предлагается в форме комплексной экспертизы решать и сам вопрос о вменяемости–невменяемости лица.

Аргументы, приводимые в защиту данного тезиса, следующие: наличие у обвиняемого способности осознавать фактическое значение и общественную опасность своих действий и руководить ими непосредственно основано на психологических закономерностях; в основе понятия «вменяемость» лежит именно психологический критерий; выводы о наличии медицинского критерия невменяемости являются лишь основанием для психологического состояния субъекта в момент правонарушения. При этом использование клинико-диагностических данных, связанных с медицинским критерием невменяемости признаётся необходимым, но недостаточным. Допустимость и адекватность выводов о невменяемости в рамках однородной судебно-психиатрической экспертизы авторы соотносят только с очевидностью характера и развития заболевания, исключающего при ретроспективной оценке на момент деликта осознанно-волевое поведение.

Данная позиция представляется теоретически адекватной и соотнесённой с перспективами развития КСППЭ в будущем. В тоже время к теперешней реальности проведения психолого-психиатрических экспертиз, к каждодневной практике и правовому обеспечению в нашей стране вышеочерченная позиция имеет довольно отдалённое отношение. В реальной практике КСППЭ на сегодня сложилась ситуация, когда в ряде случаев выхолащивается сама суть комплексной экспертизы, а проводимые с точки зрения вопросов, поставленных перед экспертизой, исследования и принятые решения не являются интегративными, комплексными, а по сути своей соответствуют комплексу последовательных экспертиз. Огромный потенциал экспертных судебных исследований, требующих применения специальных познаний в психологии, оказывается не до конца реализованным. Не вполне разработаны и уточнены экспертные критерии судебно-психологических, судебно-психиатрических и комплексных психолого-психиатрических оценок. В целом остаётся достаточно дискуссионной проблема определения статуса КСППЭ [1, 10, 13].

Формально признанным остаётся положение о задачах комплексной психолого-психиатрической экспертизы, состоящих в интегративном анализе взаимодействия психопатологических и неболезненных психических факторов: личностного, возрастного, эмоционального, ситуативного в их совокупном влиянии на возможность подэкспертного лица осознавать происходящее и руководить своими действиями, т. е. содержательной интерпретации конкретного психического результирующего эффекта способности либо неспособности к полноценному осознанию и регуляции поведения.

При этом одни факторы могут иметь решающее значение, другие — опосредующее, второстепенное либо нейтральное. В других случаях определяющую роль может играть именно совокупное влияние психической аномалии, личностных особенностей, эмоционального состояния, которое нередко опосредуется алкогольной интоксикацией или групповой динамикой.

Необходимость выяснения степени влияния психической патологии на возможности регуляции поведения требует объяснительного подхода, системного анализа и экспертной оценки структуры психики. Принципиально важным при решении данного вопроса является понимание природы, законов и механизмов отклоняющегося личностного функционирования [14]. В центре внимания находятся различные аспекты психической деятельности в своей совокупности, при этом различия между нормой и патологией понимаются как различия в структуре психики, мотивации поведения. Психопатология выступает как расстройство нормальной структуры психических функций, как системное нарушение. Как известно, констатация наличия у обвиняемого того или иного психического расстройства нейтральна по отношению к задачам судопроизводства. Согласно положениям, выработанным в криминальной психопатологии, психические аномалии, изменяя многие социальные параметры личности, сами становятся значительным фактором в совершении преступлений. Но наличие психической аномалии не ведёт с неизбежностью к противоправному поведению. В такой же мере справедлив тезис об индивидуальной мотивации, структуре и динамике противоправных действий у лиц, страдающих одним и тем же психическим заболеванием. Уяснение сущности структурно-динамической организации личности при различной патологии, определение психологических закономерностей влияния психических расстройств на сознание и регуляцию поведения как раз и определяет комплексный характер психолого-психиатрического исследования, требующий раскрытия диалектического единства интеграции и дифференциации судебной психологии и судебной психиатрии как предметных экспертных наук [3, 11, 12, 14].

Такой подход позволяет наполнить психолого-психиатрическую оценку внутренним содержанием и делает экспертное решение более доказательным. Особенно актуально это в отношении несовершеннолетних правонарушителей. Закреплённая в законодательстве необходимость использования психологических познаний при оценке юридически значимых особенностей несовершеннолетних обвиняемых обусловлена как специфическими обстоятельствами психической жизни ребёнка либо подростка, так и практическими соображениями. Так как на практике в подавляющем большинстве случаев перед специалистами стоит задача оценки задержки психического развития, обусловленной социально-педагогической запущенностью и (или) связанной с различными формами психической патологии: олигофрении, органическими поражениями головного мозга, психическим и психофизическим инфантилизмом. Оценка способности несовершеннолетнего правонарушителя к полноценному осознанию и регуляции своего поведения может быть объективной и эффективной с точки зрения задач правосудия, только если она основана на многофакторном исследовании. При этом оценены должны быть как проявления клинических психиатрических синдромов, так и специфические расстройства психологического развития, включая расстройства двигательных функций, речи, школьных навыков, социального поведения. Также необходимо оценить уровень интеллектуального развития несовершеннолетнего с определением степени умственной отсталости и наличием или отсутствием сопутствующих нарушений поведения. Обязательной оценке подлежит также соматическое здоровье и наличие–отсутствие заболеваний и дефектов, могущих оказать влияние на психические и поведенческие особенности подэкспертного.

Далее, необходимо исследование социальной ситуации развития несовершеннолетнего, особенностей внутрисемейных отношений с оценкой их аномалий, характера восприятия, острых и хронических жизненных стрессовых ситуаций и влияния социальных деприваций. С этим непосредственно связано определение социального и психологического функционирования ребёнка на данном этапе его онтогенетического развития, исследование межличностного взаимодействия с близкими, соучениками, со сверстниками, определение связи выявленных особенностей с тем или иным симптомокомплексом либо проблемами психологического развития несовершеннолетнего.

Наконец, неотъемлемым для решения вопроса об осознании и психологической регуляции подростком своего поведения является анализ его личностного развития. Особое значение для понимания личностных детерминант и причин противоправного поведения несовершеннолетнего, оценки осознанности и произвольности регуляции им своего поведения имеет выделение комплекса психологических характеристик, специфических для подросткового возраста. Данный комплекс формируется совокупностью следующих черт и тенденций: противоречивость, полярность чувств и побуждений, импульсивность, сочетание сензитивности и чёрствости, чрезмерно завышенной самооценки и неуверенности в себе, жестокости и холодности, протеста против общепринятых норм поведения и подчинения себя случайным кумирам, максимализм в оценках и неспособность к борьбе мотивов, к принятию аргументированных решений, сочетание упрямства и противодействия советам с внушаемостью, склонностью к индуцированию, а также недостаточно развитая способность к объективному оцениванию. Специфическими возрастными особенностям мотивационно-смысловой сферы несовершеннолетнего являются неразвитость, несформированность системы ценностных ориентаций. Основными показателями функционирования данной системы у несовершеннолетних являются: недостаточная структурированность её элементов, связанная с недостаточной разработанностью и представленностью в сознании подростков иерархии ведущих жизненных ценностей; низкая согласованность этих элементов и их высокая конфликтность, что приводит к автономности функционирования отдельных ценностей, их дисгармоничности и непродуктивности в качестве ведущих детерминант регуляции поведение подростка; низкий уровень когнитивной сложности ценностно-мотивационной сферы, связанный с дефицитарностью и недостаточной многомерностью способов оценочно-ориентировочной деятельности несовершеннолетнего; недостаточная осмысленность собственных ведущих ценностно-мотивационных тенденций. Комплексной психолого-психиатрической оценке также должен быть подвергнут уровень социально-психологической адаптации несовершеннолетнего правонарушителя и возможные признаки личностной деформации по асоциальному типу.

При анализе данной деформации в качестве системообразующих факторов определяются: отсутствие интереса к познавательной деятельности и связанная с этим когнитивная дефицитарность; отсутствие способности к эмпатии, недостаточная глубина эмоционального сопереживания, равнодушие к чувствам других людей в сочетании с неспособностью устанавливать и поддерживать эмоционально насыщенные, стабильные отношения, стремление к получению примитивных непосредственных удовольствий без волевых усилий и труда; повышенная чувствительность к внешней стимуляции; неустойчивость настроения со склонностью к раздражительности, гневливым реакциям; индифферентное или пренебрежительное отношение к общечеловеческим ценностям вплоть до социально-правового нигилизма; выраженная эгоцентричность с самооправдательными и внешнеобвинительными тенденциями, отсутствием чувства вины. Вышеперечисленные аспекты многофакторного анализа психических особенностей несовершеннолетнего правонарушителя определяют его индивидуальные потенциальные возможности к полноценной саморегуляции. Исследование ситуации деликта позволяет определить особенности реализации потенциальных способностей личности в конкретных обстоятельствах, их актуализацию. Уяснение опосредованности возрастными, личностными особенностями влияния психопатологических факторов на криминальное поведение несовершеннолетних в конкретных ситуациях обусловливает необходимость трёхаспектного анализа (синдром — личность — ситуация) его юридически значимых особенностей. Рассмотрение криминального поведения несовершеннолетнего как функции взаимодействия личности и ситуации предполагает анализ именно механизма преступного поведения, при котором можно определить роль и психических расстройств, и характера ситуации, в которой разворачивается преступное деяние и особенностей ценностно-смыслового восприятия этой ситуации несовершеннолетним правонарушителем.

Безусловно, в рамках комплексной психолого-психиатрической экспертизы могут решаться вопросы, однозначно относящиеся к компетенции только экспертов одной специальности, психиатров либо психологов. В качестве примера можно привести вопрос о наличии у подэкспертного физиологического аффекта на момент правонарушения либо установление наличия психического расстройства. В то же время, в силу всего вышеупомянутого, оценка способности несовершеннолетнего подэкспертного к осознанию и регуляции своего поведения может быть адекватной только при интегрированном совместном психолого-психиатрическом исследовании комплекса факторов, описанных выше [10, 13].

Наиболее сложной представляется экспертная оценка ограничения способности несовершеннолетнего обвиняемого осознавать в полной мере фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. В настоящее время стало общепризнанным и не требующим особых доказательств фактом реальное существование психических состояний и особенностей, обусловливающих ограничение способности осознавать значение своих действий или руководить ими при совершении противоправных действий, но проблема поиска критериев судебно-экспертной оценки ограничивающих факторов со всей остротой встала после введения в действие нового УК Украины. Основной задачей, требующей своего решения по мере накопления опыта практического применения КСППЭ ограниченной вменяемости, является разработка судебно-психологических критериев оценки меры влияния у обвиняемых психических расстройств, не исключающих вменяемости, на осознанно-волевое управление их противоправным поведением. При рассмотрении проблемы ограничения наличием психических расстройств способности человека (в том числе несовершеннолетнего) к осознанно-волевому проведению принципиально важными являются следующие позиции: наличие у правонарушителя психического расстройства не означает неизбежного ограничения его способности к осознанию и руководству своих действий; психическое расстройство может вступить в качестве ограничивающего фактора только при наличии у субъекта определённых личностных особенностей и по отношению к специфическим формам поведения; влияние психической анатомии должно реализоваться помимо сознательной активности действующего лица.

Таким образом, главной особенностью психического расстройства обвиняемого, имеющей юридическое значение, является нарушение процесса личностной регуляции поведения. В реальной экспертной практике мы видим, что искажение процессов личностной регуляции поведения несовершеннолетнего бывает обусловлено совокупным влиянием возрастных характеристик, психической аномалии, индивидуально-личностных особенностей, факторов психического развития, эмоционального состояния. Что определяет необходимость анализа таких психологических переменных, как ценностный уровень регуляции поведения, анализ структуры мотивации, влияние на процессы целеполагания и целедостижения, способности подростка и осознанию внешних обстоятельств, самосознанию, контролю и коррекции конкретных действий, прогнозу. В конкретной ситуативной мотивации правонарушения это выражается в существенном ограничении свободы выбора действия. Именно нарушение свободы выбора действия под влиянием эмоциональных, личностных, психопатологических факторов и особенностей психического развития, взаимодействующих с определённой ситуацией, определяют неполное осознание и снижение способности к произвольной регуляции своих действий.

При этом следует учитывать, что ограничение способности осознавать значение своих действий однозначно влечёт за собой и ограничение способности к полноценной регуляции этих действий. Эта закономерность обеспечивается тем фактором, что действия человека являются адекватными, целесообразными и целенаправленными только в том случае, когда их средства и способы мотивируются адекватно поставленной целью, которая формируется именно при полном осознании действительности. Ограничение способности к осознанию определяет недостаточную возможность к формированию мотивации адекватного поведения, что с неизбежностью снижает возможности саморегуляции. Наряду с этим ограничивающее влияние психических факторов на поведение правонарушителя может состоять в нарушении регуляторных возможностей на фоне достаточно полного осознания окружающей действительности. Речь идёт о затруднениях, испытываемым субъектом при осуществлении полноценного волевого контроля своих действий. В обоих случаях решение экспертных задач требует анализа как мотивационных, так и операциональных аспектов поведения. В случае несовершеннолетних правонарушителей при этом необходим анализ возрастных, онтологических, психопатологических, индивидуально-личностных, эмоциональных и ситуативных факторов, определение их вклада в интегративный результат, определяющий полную или ограниченную способность к саморегуляции, либо неспособность к осознанию характера и значения своих действий или руководству ими.

Таким образом, на данном этапе развития комплексных психолого-психиатрических экспертиз в отечественной экспертологии именно КСППЭ несовершеннолетних правонарушителей является тем звеном, где наиболее выпукло практикой судопроизводства диктуется необходимость комплексного интегративного решения вопросов, где объединяются и взаимообусловливаются познания в психиатрии и психологии, где использование однородных специальных познаний в психиатрии либо психологии утрачивает своё значение.

Литература

  1. Агрессия и психическое здоровье / Под ред. Т. Б. Дмитриевой, Б. В. Шостаковича. — СПб: Юридический центр Пресс, 2002. — 460 с.
  2. Коченов М. М. Комплексная психолого-психиатрическая экспертиза (к постановке проблемы) // Вопросы борьбы с преступностью. — М., 1978. — Вып. 29. — С. 114–126.
  3. Кудрявцев И. А., Лавринович А. Н., Москаленко Е. П., Сафуанов Ф. С. Особенности патопсихологической квалификации результатов экспериментально-психологического исследования в условиях судебно-психиатрической экспертизы: Методические рекомендации. — М.: Б. и., 1985. — 27 с.
  4. Кудрявцев И. А. Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза ограниченной вменяемости: некоторые проблемы и пути их решения // Ограниченная вменяемость. — М., 1996. — С. 28–40.
  5. Кудрявцев И. А. Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза: Научно-практическое руководство. — М., 1999.
  6. Печерникова Т. П., Гульдан В. В. Актуальные вопросы комплексной психолого-психиатрической экспертизы // Психологический журнал. — 1985. — Т. 6, № 1. — С. 96–104.
  7. Печерникова Т. П., Кудрявцев И. А., Криворучко С. И. Некоторые вопросы компетенции судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы // Социалистическая законность. — 1980. — № 1 — С. 38–39.
  8. Поляков Ю. Ф. О методологических проблемах взаимосвязи психиатрии и психологии // Журнал невропатологии и психиатрии им. С. С. Корсакова. — 1977. — Т. 77, вып. 12 — С. 1822–1832.
  9. Реан А. А. Агрессия и агрессивность личности // Психологический журнал. — 1996. — № 5. — С. 3–19.
  10. Сафуанов Ф. С. Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза личности обвиняемого // Современные проблемы психиатрии. — Казань: Б. и., 1994. — С. 48–50.
  11. Сафуанов Ф. С. Об основных категориях судебно-психологической экспертизы в уголовном процессе // Психологический журнал. — 1994. — Т. 17, № 3. — С. 51–54.
  12. Сафуанов Ф. С. Судебно-психологическая экспертиза в уголовном процессе: Научно-практическое пособие. — М.: Гардарика: Смысл, 1998. — 192 с.
  13. Сафуанов Ф. С. Психология криминальной агрессии. — М.: Смысл, 2003. — 300 с.
  14. Шестопалова Л. Ф., Перевозная Т. А. Целостно-смысловая сфера личности со специфическими расстройствами и склонностью к противоправному поведению // Психологический журнал. — 2003. — Т. 24, № 3. — С. 66–71.

Консультации по вопросам судебно-психиатрической экспертизы
Заключение специалиста в области судебной психиатрии по уголовным и гражданским делам


© «Новости украинской психиатрии», 2007
Редакция сайта: editor@psychiatry.ua
ISSN 1990–5211