Депрессивные расстройства — наиболее распространённые психические нарушения как в структуре психической патологии, так и среди всех причин обращения за медицинской помощью [1, 2]. При этом частота их неуклонно возрастает во всём мире, в том числе и в Украине [3, 4]. По прогнозам ВОЗ, к 2020 г. депрессия займёт второе после ишемической болезни сердца место среди инвалидизирующих заболеваний [5, 6]. Этой проблеме уделяется достаточно внимания в специальной литературе. Изучены факторы развития депрессий (социальные, психологические, конституционально-биологические, нейрохимические); клинико-психопатологическая структура и динамика депрессивных расстройств, разработаны принципы и стандарты их терапии. Однако в имеющихся работах не учитываются характер труда и влияние особенностей места проживания больных, опубликованные данные основываются главным образом на результатах обследования городской популяции [7–9]. Имеются лишь единичные работы, посвящённые диагностике и клиническим особенностям депрессивных расстройств у жителей сельской местности за рубежом [10], в Украине такие исследования не проводились.

В настоящем сообщении изложены результаты изучения клинико-психопатологических особенностей депрессий у жителей сельской местности, проведённого с целью разработки принципов и методов их диагностики, дифференциальной диагностики и терапии.

Нами были обследованы 209 больных депрессивными расстройствами, проходящих курс стационарного лечения в связи с первым или очередным депрессивным эпизодом. Основную клиническую группу составили 113 больных с депрессией, проживающих в сельских районах Харьковской области. Средний возраст их был равен 36±2,89 года, соотношение мужчины/женщины составило 0,43. В качестве группы сравнения были обследованы 96 депрессивных больных — жителей г. Харькова, средний возраст — 42±3,12 года, соотношение мужчины/женщины — 0,52. Были представлены три нозоформы: биполярное аффективное расстройство, текущий депрессивный эпизод (F31.x); депрессивный эпизод (F32) и рекуррентное депрессивное расстройство (F33).

При обследовании больных были использованы клинико-анамнестический и клинико-психопатологический методы, которые включали изучение анамнеза, архивной и текущей медицинской документации, стандартное структурированное клиническое интервью с пациентами, наблюдение за динамикой депрессивных симптомокомплексов.

Обследование показало, что основная группа достоверно (p < 0,01) превосходит группу сравнения по доле лиц с лабильным и сенситивным типами акцентуации характера. Среди жителей сельской местности чаще встречался лабильный тип (p < 0,01), среди городских жителей чаще встречались личности неустойчивого (p < 0,05) и истероидного (p < 0,01) типов. При этом в обеих группах наибольшую долю составляли лица с преобладанием психастенических и астенических черт (табл. 1).

Таблица 1

Частота типов акцентуаций характера у обследованных больных

Примечание. В этой и последующих таблицах — данные в процентах.

В ходе исследования были выявлены различия по частоте лиц с наследственностью, отягощённой алкоголизмом (37,17%, p < 0,01), и интоксикаций в анамнезе, среди которых ведущее место занимали абузусы и запои (14,16%, p < 0,05).

Наиболее частым психотравмирующим фактором, способствующим развитию депрессивного эпизода, была смерть или тяжёлая болезнь близких людей. Наши пациенты основной группы, как видно из данных табл. 2, оказались более уязвимы к смерти домашних животных (p < 0,05) и длительному психическому перенапряжению (p < 0,05). В группе сравнения более чем в половине случаев какого-либо определённого психотравмирующего фактора найти не удалось, в основной группе доля таких больных составляла 37,17%.

Таблица 2

Психосоциальные стрессоры, предшествовавшие развитию депрессивного состояния у обследованных больных

Изучение продолжительности догоспитального течения депрессий (табл. 3) показало, что жители сельской местности чаще всего обращаются за помощью после года, и абсолютное большинство (в сумме 86,73%) — после 6 мес пребывания в депрессивном состоянии. У городских жителей пик обращаемости приходится на этап от 2 до 6 мес развития депрессивной симптоматики (в сумме 63,54%).

Таблица 3

Продолжительность догоспитального течения депрессивного расстройства

Депрессивное состояние у жителей сельской местности манифестировало повышенной утомляемостью (82,3%, p > 0,05), общей слабостью (87,61%, p < 0,05), диссомнией (84,96%, p > 0,05), раздражительностью (76,11%, p > 0,05), эмоциональной лабильностью (64,6%, p > 0,05), тревогой (41,59%, p < 0,05), чувством страха (37,17%, p < 0,05), депрессивной алекситимией (91,15%, p < 0,01), различными сомато-вегетативными симптомами (90,27%, p > 0,05), вегетативными пароксизмами (39,82%, p < 0,05) и нарушениями аппетита (23,89%, p > 0,05).

Анализ синдромологической структуры депрессий у больных основной группы показал, что наиболее распространённым является тревожный (ажитированный) синдром, выявленный у 40,71% пациентов. Клинически данный синдром проявлялся диффузной тревогой, дурными предчувствиями, ощущением неопределённой угрозы и, как следствие, тотальной неуверенностью больного. Содержание тревоги менялось: опасения по поводу собственного состояния, беспокойство за близких, переживания совершённой больным «ужасной ошибки» и её возможных последствий для окружающих. Тревожные опасения легко приобретали невротический сверхценный характер. Отмечались колебания аффекта, суетливость, нервозность, моторное беспокойство, в тяжёлых случаях — ажитация. Эти проявления чаще отмечались в инволюционном возрасте на фоне сосудистой патологии, возникали аутохтонно, но, в отличие от тоскливого варианта, реактивно зависели от внешних обстоятельств, постоянно увязывались с ними в сознании больного, резко усиливались в неблагоприятных ситуациях.

Тоскливый синдром был вторым по распространённости среди обследованных (табл. 4). Клинически он проявлялся преобладанием тоскливого аффекта, витальностью, мучительным переживанием anaesthesia psychica dolorosa, идеаторной и моторной заторможенностью, колебаниями настроения и самочувствия в течение суток, чувством вины, идеями собственной неполноценности и несостоятельности, суицидальными мыслями. Как правило, сопровождался всевозможными соматовегетативными нарушениями — такими, как сухость кожи, мидриаз, снижение аппетита и веса, склонность к запорам и пр.

Таблица 4

Встречаемость основных депрессивных синдромов у обследованных больных

Изучение коморбидности в клинической картине депрессивных расстройств показало, что сопутствующее злоупотребление алкоголем встречается чаще у жителей сельской местности: 30,09%, по сравнению с горожанами — 13,54% (p < 0,01). При этом встречаемость отдельных видов коморбидных соматических расстройств, равно как и общее их соотношение, в сравниваемых группах существенно не различается (p > 0,05).

Таким образом, результаты обследования больных депрессивными расстройствами позволили сделать следующие выводы. У всех страдающих депрессиями жителей сельской местности отмечаются явно выраженные акцентуации, чаще всего лабильный и сенситивный их типы. Более чем у половины больных имеет место наследственная отягощённость по алкоголизму и интоксикации (абузусы и запои) в анамнезе, а также сопутствующий алкоголизм или бытовое пьянство. Самым частым психотравмирующим фактором, способствующим развитию депрессивного эпизода у жителей сельской местности, является смерть или тяжёлая болезнь близких людей, затем длительное психическое перенапряжение и смерть домашних животных. Жители сельской местности чаще всего обращаются за специализированной помощью после года пребывания в депрессивном состоянии. Наиболее распространённым синдромом в структуре депрессий у них является тревожный (ажитированный), вторым по распространённости — тоскливый синдром. Выявленные особенности течения и проявлений депрессии следует учитывать при психодиагностике и психокоррекции этой патологии у сельских жителей.

Литература

1. Волошин П. В., Кутько И. И., Тайцлин В. И., Марута Н. А. и др. Первый национальный конгресс неврологов, психиатров и наркологов Украины // Український вісник психоневрології. — 1999. — Т. 6, вип. 1. — С. 66–70.
2. Кутько І. І., Напреєнко О. К., Козідубова В. М. Афективні розлади // Психіатрія / За ред. О. К. Напреєнка. — Київ: Здоров’я, 2001. — С. 353–372.
3. Александровский Ю. А. Психические расстройства в общемедицинской практике и их лечение. — М.: Гэотар-Мед, 2004. — 240 с.
4. Вовк И. Л., Белостоцкая Ж. И. Распространённость и выявляемость депрессивных расстройств в районах Харьковской области (исследование за 5-летний период) // Український вісник психоневрології. — 2005. — Т. 13, вип. 1. — С. 49–53.
5. Михайлов Б. В. Депрессии как междисциплинарная проблема современной медицины // Архив психиатрии. — 2004. — Т. 10, № 1. — С. 182–190.
6. Сарториус Н. Значение депрессивных расстройств для уровня здоровья населения // Международный медицинский журнал. — 2001. — Т. 7, № 3. — C. 20–21.
7. Краснов В. Н. Научно-практическая программа «Выявление и лечение депрессий в первичной медицинской сети» // Социальная и клиническая психиатрия. — 1999. — № 4. — С. 5–9.
8. Марута Н. А., Явдак И. А., Козидубова С. М. Эпидемиология психических расстройств в Украине на современном этапе // Актуальные проблемы пограничной психиатрии, психотерапии, медицинской психологии. — Харьков, 1999. — С. 72–78.
9. Оганов Р. Г., Ольбинская Л. И., Смулевич А. Б. Депрессии и расстройства депрессивного спектра в общемедицинской сети. Результаты программы КОМПАС // Кардиология. — 2004. — № 1. — С. 48–52.
10. Corruble E., Guelf J. D. Pain complaints in depressed inpatients // Psychopathology. — 2000. — Vol. 33. — P. 307–309.