В последние годы изучению расстройств ликворной и венозной циркуляции в наркологии уделяется недостаточно внимания. Это связано, прежде всего, со значительными технологическими трудностями мониторинга венозного и ликворного кровотока и, во-вторых, с отсутствием достаточно информативных методов его регистрации и оценки.

Настоящее сообщение посвящено определению роли эхоэнцефалографии в оценке церебральной венозной циркуляции и ликвородинамики в наркологической практике. Под нашим наблюдением находились 80 больных, которые лечились в стационаре Харьковского областного наркологического диспансера. У всех больных в анамнезе были черепно-мозговые травмы, ушибы головы, гипертоническая болезнь, судорожный синдром, лёгочно-сердечная недостаточность и т. д.

Известно, что кровоток в венозную сеть определяется остаточным давлением в капиллярах, давлением в полых венах и правом предсердии, гравитационно-гидродинамическими механизмами, окружающим тканевым давлением, состоянием венозных клапанов. При этом большое значение именно в церебральном отрезке венозного русла придаётся передаче пульсации на вены, как с сонной артерии, так и с системы ликвороциркуляции; присасывающая функция хорионого сплетения играет роль на уровне желудочки мозга — спинномозговой канал, это в свою очередь в значительной мере определяет характер эхо-пульсации ликвора.

У 8% больных с ушибом мозга определялось смещение М-эха в пределах 2–4 мм и имелась тенденция к регрессу в течение ближайших 1–2 недель. В некоторых случаях на эхоэнцефалографии в области ушиба мозга регистрировалась серия пикоподобных сигналов, которые обусловлены отражением ультразвука от очагов крупноточечных подкожных кровоизлияний.

У 7% больных развитие внутричерепной гипертензии сопровождалось увеличением амплитуды пульсации эхо-сигналов.

В 6% случаях течение сосудистого церебрального процесса на эхоэнцефалографии регистрировались резкие пульсации, превышающие по размаху пульсации сигналов, отражённых от других структур. Пульсации обычно быстрые, имели взрывообразный характер в отличие от пульсации сигналов, отражённых от пульсации желудочков и нормальных сосудов, совершающихся более плавно и тонично. Этот признак связан со снижением эластичности стенок сосудов.

У 48% больных с алкогольной энцефалопатией отмечалась ликворная гипертензия, которая сопровождалась увеличением скорости и увеличением амплитуды пульсации эхосигнала. У некоторых из пациентов наблюдалось расщепление М-эха, увеличение амплитуды эхосигналов и другие признаки нарушений желудочной системы.

У 9% больных с недостаточностью кровообращения обнаружено расширение основания сигнала от третьего желудочка со снижением индекса мозгового плаща, уменьшением времени пульсовой волны, в первую очередь от бокового желудочка, с наличием своеобразных замедленных пульсаций без заметного возрастания их амплитудных значений, что может отражать явление венозной энцефалопатии.

Эхоэнцефалографическое исследование у 5% больных с алкогольным судорожным синдромом выявило значительное увеличение амплитуды пульсации третьего и боковых желудочков с преобладанием дополнительных сигналов в одном из полушарий.

Несомненна значительная роль венозной дисциркуляции в патогенезе отёка мозга. Так, у наших больных регистрировалось уменьшение амплитуды эхопульсации третьего желудочка и, особенно, боковых.

Таким образом, для клинической наркологии эхоэнцефалография продолжает оставаться важным неинвазивным, безболезненным диагностическим методом, позволяющим выявить разные стороны патологического процесса и объективно дополняющим клиническую диагностику, лечение и реабилитацию больных в наркологии.

Действительно, с одной стороны, есть основания полагать, что эхоэнцефалография отражает изменения ликвороциркуляции, связанные с нарушением венозного ингредиента церебрального кровотока при повышении внутричерепного давления, с другой стороны — объективизирует явления застоя, отёка мозга.